January 16th, 2012

Мифы о коррупции, которые мешают с ней бороться


Марк Левин,
заведующий кафедрой микроэкономического анализа Государственного университета - Высшей школы экономики

Источник: http://www.forbes.ru/sobytiya-column/vlast/78365-mify-o-korruptsii-kotorye-meshayut-s-nei-borotsya


Forbes.ru
Публикация с сайта Forbes.ru (http://www.forbes.ru)


Мифы о коррупции, которые мешают с ней бороться

Почему коррупция становится частью общественных отношений в одних странах, но не приживается в других? Экономическая наука уже давно пытается найти ответы на вопросы о природе коррупции. Однако в России мифы и стереотипы не позволяют обществу спокойно оценить эту проблему. Главный из них, как ни странно, заключается в том, что мы много понимаем про коррупцию. Занимаясь этой темой с 1996 года, могу сказать, что причины возникновения коррупции коренятся в разных областях. Коррупция — сложное явление, включающее в себя качество госуправления, национальные традиции, представления о норме и морали. Ровно поэтому для борьбы с коррупцией в разных странах невозможно использовать одни и те же методы. Это как борьба антибиотиками с разными болезнями. И очень важно не поддаваться стереотипам.

1. Победить коррупцию невозможно

Есть много стран, справляющихся с этим недугом, сделавших уровень коррупции таковым, что он не определяет экономическое поведение граждан, — это страны ЕС, новые экономики Юго-Восточной Азии, некоторые страны Восточной Европы. Соблюдая общие закономерности — независимость судебной системы, стабильность макроэкономической политики, подконтрольность власти и др., — эти страны кропотливо разбираются с каждым «коррупционногенным» случаем, снижая в системе решений коррупционные стимулы. Когда в стране берут взятки, люди не могут с уважением относиться к власти, подчиняться ее правилам и желаниям. И именно этот фактор часто становится главным стимулом для борьбы с коррупцией.

2. Чтобы чиновники не воровали, надо повысить их легальные доходы

На этом тезисе построены многие проекты увеличения жалования госслужащим. Однако высокие доходы — необходимое, но недостаточное условие победы над коррупцией.

Возьмем, к примеру, образование. Многие европейские страны сталкиваются с коррупцией в образовательной сфере — обычно это прямая кража денег либо то, что у нас называется откатами за услуги — кейтеринг, заказ имущества. Главная же российская проблема — коррупция на экзаменах — аналогов в мире не имеет. Почему? В развитых странах госслужащий, который берет взятку, будь это преподаватель или, например, полицейский, рискует потерять не столько место работы, сколько высокие социальные гарантии в случае потери трудоспособности или выхода на пенсию. Еще одна защита от коррупции — сочетание высокой стоимости медицинской страховки и дорогого платного образования, которые обеспечивают высокий уровень жизни. Какие бы взятки ни брал чиновник, он все равно не обеспечит себя на всю жизнь, поскольку взяток такого масштаба рынок обычно не предлагает. В романе «Граф Монте-Кристо» Александра Дюма есть прекрасный момент, когда граф, чтобы разорить Данглара, подкупает телеграфиста для передачи на биржу неверной информации. Но как это делает? Он подкупает гарантиями обеспеченной старости.

3. Коррупцию можно победить только в условиях демократии

Эта точка зрения особенно распространена в либеральной среде. Увы, демократия — необходимое, но тоже недостаточное условие решения проблемы. В условиях демократии вести войну с коррупцией несравнимо проще и комфортнее, но в мире много стран с демократическим режимом и относительно высоким уровнем коррупции — например, Италия, где коррупции способствуют традиции государственного управления.

4. Есть страны как Россия, где воровать будут всегда. А есть страны, где коррупции нет и не будет

Особенности страны или же традиции государственного аппарата играют очень важную роль, когда речь идет о коррупции. Есть страны, где коррупция существует в верхних эшелонах власти, но ее нет «внизу», — например, Япония, Израиль, Голландия. Но что интересно — и это вызов для науки о коррупции — стран, где есть низовая коррупция, но ее нет «наверху», практически не встречается. Причин у этого парадокса множество, начиная с того, что коррумпированные «верхи» неохотно ведут борьбу с низовой коррупцией, поскольку она позволяет истеблишменту спокойно «делать свои дела», и завершая тем, что со временем коррупция «прорастает» наверх. Инспектор ГАИ, начинающий с мелких взяток, со временем становится генералом со сложившимися поведенческими нормами. Да и количественно «низы» значительно больше «верхов» — бороться с низовой коррупцией просто трудно.

5. Победить воровство можно только жесткими методами

Тоталитарные режимы, действительно, жестко карают за взятки и откаты. Но это отнюдь не спасает их от коррупции. Вспомните хотя бы Советский Союз. Коррупция была распространена и в фашистской Германии. Взятки давались за освобождение от повинностей, за доступ к государственным деньгам. Руководители Третьего рейха использовали служебное положение для личного обогащения, причем Гитлер относился к этому очень снисходительно. Голо Манн, известный историк, сын писателя Томаса Манна, писал, что высокопоставленные лица в Третьем рейхе имели множество квартир, поместья, охотничьи замки.

И снова напомню: в науке о коррупции нет аксиом. Во второй половине XX века в одной части Европы существовало два мягких тоталитарных режима в странах со сравнимым подушевым доходом и национальными традициями. В Португалии в течение 50 лет правил Антониу де Салазар, в Испании — Франсиско Франко. Удивительно, но в Португалии коррупция была распространена значительно меньше, чем в Испании. Европейские исследователи объясняют это особенностями Салазара. Этот глубоко верующий и аскетичный человек не принимал коррупцию и жестко с ней боролся. А во франкистской Испании коррупция процветала почем зря. Я это к тому, как важен для общества пример первого лица, его отношения к коррупции.

Еще один, обратный пример. Считается, что Пиночет навел порядок в стране и минимизировал коррупцию. Но это миф. Миф не в том, что «коррупция была мала», а в том, что она «стала мала». Коррупция в Чили всегда была на невысоком уровне, это уникальная особенность латиноамериканской страны.

6. Из всех ветвей власти самая важная роль в борьбе с коррупцией принадлежит исполнительной власти

Исследования индекса эффективности управления Всемирного банка показывают, что из нескольких важных факторов — «право голоса и подотчетность», «политическая стабильность и ненасилие», «качество регулирования» и «верховенство права» — существенное влияние на уровень коррупции оказывает как раз последний. В то же время качество регулирования (в том числе качество законов) далеко не так существенно, как это можно предположить. И это вполне объяснимо. Судебная власть должна отделять законное от незаконного, виновных от невиновных; и если коррумпирован суд, то что тогда норма? Ровно поэтому так важно то, что сейчас происходит в российской судебной системе.

7. Коррупция вечна. 
Как воровали, 
так и будут воровать

Уровень коррупции не только следствие государственной политики, но и точный ее индикатор. Если режим неустойчив, то коррупция резко возрастает. Государство не может дать индивиду гарантии на будущее, и каждый человек начинает использовать все возможности, чтобы компенсировать эти потери. В истории было много подобных примеров — вспомним хотя бы колоссальный рост коррупции в России во время Первой мировой и Гражданской войны. В ситуации кризиса рушатся социальные связи, поведенческие нормы теряются. Американцы, люди чрезвычайно доброжелательные, всегда уступают дорогу. Но когда в 1970-х в США возник бензиновый кризис, на заправках были драки в очередях. Также и коррупция: если мы воспринимаем воровство как отклонение от нормы, то в условиях кризиса частота отклонений резко возрастает.

Рост коррупции часто можно рассматривать как свидетельство слабости режима. Первой этот сигнал обычно воспринимает элита, «верхи» общества. В воспоминаниях Аркадия Шевченко, самого знаменитого советского «перебежчика», есть примечательный эпизод. Он пишет, что получил свое назначение в ООН благодаря взятке фамильными драгоценностями, которую его жена дала супруге министра иностранных дел СССР Андрея Громыко. Позже, приезжая в Москву, жена Шевченко ей же передавала привезенные ценности, которые потом супруга Громыко Лидия продавала. Ни жена Шевченко, ни супруга Громыко не знали, что подарки куплены на деньги ЦРУ, поскольку к тому моменту Шевченко уже был завербован. Это еще одна опасность коррупции — она размывает безопасность страны.

Общество улавливает сигнал не только благодаря слухам и уголовным делам. К примеру, если растет инфляция, коррупция растет еще быстрее. Это тоже нарушение негласного договора между гражданином и государством, ведь высокая инфляция — свидетельство ненадежности режима, его гарантий. Ему перестают верить. А как только режиму перестают верить, все средства кажутся хороши.  


Kochanka Heinricha Himmlera

Kochanka zbrodniarza. Tajemnicza blondynka przy biurku

13.01.2010, 10:22 Źródło: Onet
Heinrich Himmler, fot. Imagno/Contributor/Getty Images/FPM
Heinrich Himmler, fot. Imagno/Contributor/Getty Images/FPM

Był zastępcą Adolfa Hitlera i jednym z największych zbrodniarzy w historii. Wdał się w gorący romans z młodszą o 12 lat sekretarką, odstawiając żonę na boczny tor. Losy pięknej blondynki okrywa do dziś gęsta mgła tajemnicy.

Bez munduru i wojskowej czapki z trupią czaszką wyglądał jak nudnawy urzędnik. W istocie Heinrich Himmler, szef SS i prawa ręka Hitlera, był masowym "zbrodniarzem zza biurka". Trudno się dziwić, że i kochankę znalazł w osobie własnej sekretarki.

Kiedy Niemcy po przegranej wojnie trafiły pod okupację czterech mocarstw, to Himmler stał się na krótko najbardziej poszukiwanym nazistą. Samobójcza (najprawdopodobniej) śmierć, tuż po pojmaniu, pozwoliła mu jednak uniknąć odpowiedzialności i procesu norymberskiego.

Dziś jego rola w zbrodniczej polityce ówczesnych Niemiec jest już dokładnie zbadana. Mniej wiadomo o jego życiu osobistym. Pewne jest, że Himmler – opierający się używkom i nałogom – nie pozostał mimo wszystko nieczuły na kobiece wdzięki. Będąc w małżeńskiej separacji zainteresował się swoją sekretarką: blondynką z Kolonii, Hedwig Potthast.

Ich romans zaczął się jednak już w latach wojny. Himmler był już wtedy człowiekiem numer dwa w nazistowskiej hierarchii. Jak dotarł do tego miejsca i jak to się miało do jego relacji z kobietami?

Niedoszły rolnik, mąż mimo woli

W weimarskich Niemczech studiował agronomię, lecz kiedy rodzice przestali być zdolni do finansowania jego edukacji, zatrudnił się w fabryce nawozów nieopodal Monachium. W 1923 r. dołączył do puczu w Bawarii i to był pierwszy istotny dowód jego zaangażowania w ruch nazistowski. Ale po klęsce przewrotu znów zmuszony był szukać pracy i na powrót zamieszkał z rodzicami.

O relacjach Himmlera z kobietami w tym okresie wiele mówią jego kontakty z Marią Rauschmayer – córką monachijskiego profesora. Miało to więcej wspólnego ze zbieżnością politycznych poglądów niż kontaktami damsko-męskimi. Dla Himmlera Rauschmayer była raczej ideałem kobiety poświęconej sprawie niż obiektem uczuć.

Mniej więcej w tym okresie wzmogły się antysemickie przekonania Himmlera i jego aktywność w zalegalizowanej na nowo w Bawarii NSDAP. Poświęcił się już na dobre pracy partyjnej, a latem 1927 r., podczas jednej ze swoich "wiecowych" podróży, poznał Margaret Boden – swoją przyszłą żonę.

Samo ich małżeństwo było zaskakujące z kilku powodów. Himmler do pewnego momentu uważał się za "samotnego wojownika", który spędzi życie w celibacie. Jego wybór mocno krytykowali też rodzice, jako że Margaret była starsza od niego o siedem lat i miała już za sobą rozwód. Dlaczego więc w ogóle się pobrali?

Choć ona z pewnością go kochała, miały tu znaczenie przekonania Himmlera. Niebieskooka i jasnowłosa Margaret (przyznajmy: mało atrakcyjna) była z jego punktu widzenia ideałem aryjskiej kobiety.

Na czele wspólnoty i zakonu

Himmler i Margaret próbowali uruchomić kurzą fermę na wsi w pobliżu Monachium, ale bez powodzenia. Jedyną szansę na jakąkolwiek karierę stwarzała teraz Himmlerowi partia nazistowska. Tu wyrósł w międzyczasie na znaczną figurę. Kiedy stanął na czele SS, była to jeszcze organizacja podrzędna i nieliczna – choć dla Hitlera była osobistą gwardią. Rosła jednak w siłę, a ambicją Himmlera było wydostanie jej spod kontroli macierzystej formacji: SA, a także ministerstwa sprawiedliwości. Kiedy naziści doszli do władzy, Himmler miał zostać wkrótce nie tylko Reichsführerem SS, ale i szefem wszystkich służb Rzeszy.

Musiało jednak dojść do "nocy długich noży" – partyjnej czystki w szeregach SA (1934) – by Himmler i jego SS znalazły prawdziwą podmiotowość polityczną. Reichsführer SS został w praktyce "drugim po Führerze", a jego formacja – swoistym państwem w państwie.

To już nie była po prostu gwardia przyboczna. SS stało się zakonem, nazistowską elitą – z własnymi rytuałami przystąpienia (przysięga wierności Führerowi składana o północy w świetle pochodni), insygniami oraz hierarchią. Wyśrubowane (z hitlerowskiego punktu widzenia) standardy rasowe musieli spełniać nie tylko kandydaci na esesmanów, ale również ich potencjalne żony. Himmler wierzył, że jego formacja jest nie tyle "związkiem kombatantów", co "wspólnotą i zakonem".

Jego obsesje – wiara w prymat mitycznej "rasy aryjskiej" i kult płodności, który miał prowadzić do jej rozwoju – prowadziły do kuriozalnych obrzędów. Żony esesmanów miały rodzić dla Rzeszy "prawdziwych Aryjczyków", najlepiej po kilkoro. Himmler uznawał się ojcem chrzestnym co siódmego z nich.

Był pochłonięty wizją "jasnowłosych dziewcząt i chłopców", którzy mieli zaludniać podbite przez nazistów terytoria. Jego rasowa paranoja i przekonanie o konieczności eliminacji "podludzi" z hitlerowskiego państwa miały przynieść milionom ludzi w Europie tragiczne konsekwencje.

Heinrich w czasach żelaza

Firmował nazistowskie zbrodnie od samego początku wojny. "Musimy być na tyle twardzi, by wystrzelać tysiące wybitnych Polaków" – mówił bez ogródek w 1940 r. Odpowiadał za deportacje i rozstrzelania na kolejnych zajmowanych terenach. "Ta wojna stwarza nam wiele okazji, których nie mielibyśmy w czasach pokoju" – bez ogródek wyjaśniał swoim esesmanom.

Odpowiadał za utworzenie Lebensborn. Ta zbrodnicza organizacja, podległa Himmlerowi jako "komisarzowi Rzeszy ds. umocnienia niemieckości", miała najpierw "hodować czystych Aryjczyków", bazując na kontaktach seksualnych selekcjonowanych kobiet i mężczyzn. Podczas wojny natomiast pod szyldem Lebensborn zwyczajnie porywano z okupowanych krajów dzieci, u których rozpoznano "aryjskie" cechy. Miały być wychowywane przez "słusznych" rasowo przybranych rodziców.

Einsatzgruppen, które w 1941 r. zaczęły mordować Żydów na Wschodzie, działały pod rozkazami Himmlera. "Żyjemy w czasach żelaza i musimy wymiatać żelaznymi miotłami. Bez oglądania się na sumienie" – raczył swoich podwładnych pseudo-historiozoficznym bełkotem.

Co najważniejsze – to Himmler decydował, jak urzeczywistnić przedwojenne groźby Hitlera o zagładzie Żydów. Kiedy uznał, że masowe rozstrzeliwania ludności żydowskiej są zbyt demoralizujące dla oddziałów Wehrmachtu i SS, zaczął szukać bardziej wydajnych metod… Tak narodziły się "kombinaty śmierci" w Treblince, Bełżcu czy Auschwitz. Jeśli można powiedzieć, że ktoś od początku do końca zarządzał machiną "ostatecznego rozwiązania", to z pewnością był to Heinrich Himmler.

Haschen czyli od sekretarki do kochanki

Ta zbrodnicza aktywność w latach wojny pochłonęła go niemal całkowicie. Jego małżeństwo już wtedy w praktyce nie istniało. Himmlerowie żyli osobno od momentu, kiedy urodziła im się córka Gudrun (1929).

W 1936 r. Himmler zatrudnił prywatną sekretarkę. Hedwig Potthast, córka przedsiębiorcy z Kolonii, miała wtedy niecałe 24 lata. Była więc 12 lat młodsza od swego nowego szefa. Ukończyła wcześniej kilka kursów językowych i szkolenie dla sekretarek, a bezpośrednio przed posadą u Himmlera pracowała dla gestapo.

Dopiero w 1941 r. Haschen (tak nazywano Hedwig ) wyznała swojej siostrze, że od mniej więcej trzech lat ona i Himmler są "beznadziejnie zakochani".

Do formalnego rozstania z żoną jednak nie doszło. Stanęło na tym, że Himmler po prostu żył z kochanką, a na biurku trzymał jej zdjęcie. W najbliższym otoczeniu Hitlera ten związek cieszył się cichą akceptacją.

Nieślubne dzieci i tajna pożyczka

W lutym 1942 r. Potthast urodziła Himmlerowi syna. Dwa lata później przyszła na świat jego nieślubna córka. Kochanka Reichsführera SS nie pracowała już w tym czasie jako jego sekretarka. Wysłał ją najpierw do Meklemburgii, by zamieszkała w pobliżu Oswalda Pohla – innego esesowskiego dygnitarza.

Posiadanie nieślubnych dzieci nie musiało być wszakże przesadnym skandalem. Naziści sami prowadzili kampanie na rzecz… zwiększania dzietności "rasy aryjskiej". Dotyczyło to także związków pozamałżeńskich.

Dużo poważniejszy problem stanął przed Himmlerem, gdy zamierzał on zbudować dla kochanki dom w Bawarii. Albert Speer – minister uzbrojenia – zażądał bowiem w tym czasie od partyjnych bonzów ograniczenia prywatnych projektów budowlanych. Mieli dawać przykład wyrzeczeń, skoro cała gospodarka Rzesza miała zostać przestawiona na tory produkcji wojennej.

Speer dopiero po wojnie dowiedział się, że Himmler w tajemnicy przed nim zaczął budować prywatną willę w Schönau am Königssee – właśnie dla swojej kochanki. Skąd miał na to środki?

Martin Bormann, szef hitlerowskiej kancelarii, pożyczył mu 80 tys. marek. Zaskarbił sobie oczywiście wdzięczność Himmlera w kontekście różnorakich walk o wpływy w obrębie kamaryli Hitlera. A silną pozycję Reichsführera SS usankcjonowała też wówczas jego nominacja na ministra spraw wewnętrznych.

Zbrodniarz najbardziej poszukiwany

Himmler był na tyle cyniczny, by w obliczu wojennej klęski Niemiec próbować zapewnić sobie "miękkie lądowanie", tzn. negocjować na boku z aliantami warunki kapitulacji. Za pośrednictwem Czerwonego Krzyża próbował wytargować własną wolność i stanowisko w powojennym rządzie Niemiec.

Napisał m.in. list do brytyjskiego generała Montgomery’ego z zapytaniem, czy w ewentualnej niewoli będzie traktowany zgodnie z należnymi honorami… Hitler wpadł w furię i w ostatnich dniach Rzeszy pozbawił swego do niedawna "wiernego Heinricha" wszystkich funkcji.

Oczywiście nie miało to żadnego znaczenia, bo i tak po śmierci Führera to Himmler stał się najbardziej poszukiwanym nazistowskim zbrodniarzem. Ukrywał się we Flensburgu. Zgolił wąsy, a na oko założył przepaskę. Udawał majora żandarmerii polowej i w tym przebraniu próbował się przedostać na południe.

Nie jest jasne, czy Hedwig Potthast wraz z dwojgiem ich dzieci towarzyszyła mu w tej podróży, czy też czekała nań w Bawarii.

Ślad po nich zaginął

Himmler został jednak zatrzymany przez brytyjskich żołnierzy. Najpewniej trafiłby wraz z innymi nazistowskimi dygnitarzami pod sąd w Norymberdze. Brytyjczycy nie zdążyli go jednak nawet przesłuchać. Udało mu się przegryźć kapsułkę z cyjankiem (nie wiadomo, czy miał ją przy sobie, czy ukrył w ustach).

Reanimacja była bezskuteczna. Ciało Himmlera pochowano w nieoznaczonym grobie gdzieś na terenach Pustaci Lüneburskiej.

Żona Margaret, którą alianci w międzyczasie internowali w willi na przedmieściach Rzymu, przyjęła ponoć wiadomość o jego śmierci z niejaką "obojętnością, tak jakby chodziło o to, że w domu zdechł kot".

Hedwig Potthast, niedawna kochanka Reichsführera SS, znikła wraz z dwójką dzieci bez śladu.

Copyright 1996-2012 Grupa Onet.pl SA

Русское счастье. Глубинная Россия

Русское счастье

Алексей Мальгавко Алексей Мальгавко | 13:50, среда, 20 октября 2010-20, 13:50

Мне часто говорят: "Ты снимаешь один негатив". Но на моих фотографиях наша Родина. Глубинная Россия. Такая, как есть.

Серия этих кадров сделана в течение трех дней, когда городок Тара, где я живу, праздновал 416-ю годовщину со дня своего основания. Пиво и то, что покрепче, текло рекой. Иногда мне казалось, что у провинциального народа осталось в этой жизни единственное желание - напиться до отупения и забыть обо всем.

У нас, в глубинке, с трудом находятся деньги на детские сады или школы, но почему-то всегда наскребаются на выпивку. Как правило, всегда последние. И они будут последними в десятый и сотый раз.

Без рюмки водки не обходятся свадьбы и похороны, отъезды и приезды, приемы и проводы гостей. Причем спиртное в ходу не только на бытовом, низовом уровне, но и на официальном. Водка скрепляет устные договоры и государственные обязательства районного масштаба. И если в будние дни пьянство разрешено, но не поощряется, то в праздники народу позволительно быть "счастливым" 24 часа сутки, наотмашь, до упаду. Вот так выглядит "русское счастье".

Побывав на различных праздничных мероприятиях, я к своему удивлению обнаружил, что люди очень похожи в своих пристрастиях, несмотря на различные социальные статусы в обществе. Все пьют. Пьют с особым отчаянием. В их сердцах чувство гордости за свой городок перемешано с ненавистью к нему и усталостью от ожидания лучшей жизни. Она, лучшая, не наступает уже более четырех веков.

Вместо бассейнов и развлекательных центров в городке появляются новые заброшенные здания, а пенсии стариков в малых городах и деревнях нередко выше доходов их детей и внуков. Молодые комплексуют. Ведь это ненормально и унизительно - сидеть на шее стариков. Но работы нет. Та, что есть, оплачивается по минимуму. Вот и выходит, что зарабатываемых грошей хватает только на выпивку.

Молодые уезжают из глухой провинции, пополняя ряды маргинального слоя близлежащего крупного города. Мечтают о "Бумере", но ездят на "шестерках", а наспех, по пьяной любви, заведенные семьи быстро становятся для них обузой.

Увы, провинция деградирует. Курящие малолетки, от которых исходит мат и резкий запах алкоголя, теперь, не стесняясь, приходят на танцы. Даже не прячутся за углом.

И, кстати, не танцевать они приходят на вечерние танцульки, а чтобы выпить или принять дозу какой-нибудь дури.

У многих в провинции нет "завтра". Может поэтому они гуляют так отчаянно? Вот алкаш выделает нелепые танцевальные выверты под песню про Сочи, где никогда не был... 

Многие жители Тары имеют, как иногда говорят, немодные профессии. То есть они не юристы или экономисты, не "белые воротнички", а простые работяги. На массовых праздниках они растворены в общей толпе и, наверное, в такие моменты чувствуют себя "единым" и "неделимым" народом.

Я вовсе не утверждаю, что пьяный угар и есть русское счастье. Но как еще стать счастливым в государстве, которое больше рисуется перед другими странами, чем заботится о собственных гражданах? 

Разве на моих кадрах негатив? По-моему, это и есть настоящая Россия, которую не показывают по центральному телевидению, которой стыдятся, стесняются, не хотят замечать. И если уж говорить о душе России, то я не думаю, что уехавшие на Запад русские скучают по московским пробкам или корпоративным вечеринкам.

дорожные развязки в Техасе

Фото дня: дорожные развязки в Техасе

21.12.2011

В Североамериканских Соединенных Штатах проблема дураков и дорог стоит, видимо, не так остро, как в наследнице Третьего Рима, поэтому американский фотограф Питер Эндрю на полном серьезе развлекается панорамными картинами многоуровневых дорожных развязок в американский провинции. Например, в штате Техас.

По словам самого Эндрю, он обожает наблюдать за жизнью развязок с воздуха, каждый раз находя в них что-то новое. По его мнению, такие развязки напоминают кровеносную систему некоего огромного существа, проталкивающую через себя сотни и тысяч автомашин.

Пока американцы сходят с ума по своим дорогам, в России правительство окончательно разочаровалось в любой, даже гипотетической возможности, создать сколько-нибудь развитую сеть автодорог. Поэтому до 2020 года в стране планируется построить лишь 18 тысяч километров трасс первого и второго класса стоимостью в 8,4 триллиона рублей (или 466 миллионов рублей, то есть около 15 миллионов долларов, за 1 километр такой трассы в среднем). При этом большинство из построенных трасс будут платными.

В США существует разветвленная и продуманная система автомобильных дорог. Вся территория страны объединена в сеть скоростных дорог National Highway System of USA, куда входят Interstate Highways (буквально – Межштатные дороги) – только их протяженность составляет около 78 тысяч километров, а также US Numbered Highways (routes) – дороги штатов, и магистрали внутри штатов – State routes. Общая протяженность хайвеев этих типов в США составляет более 260 тысяч километров. В России длина федеральных трасс не превышает 50 тысяч километров, из них стандартам первой и второй категории формально соответствует лишь половина дорог (примерно 27 тысяч километров).

Всего дорожно-транспортная система США включает в себя до 5 миллионов километров дорог с твердым покрытием (в России таковых от 450 тысяч километров, по данным Росавтодора, до 760 тысяч километров, по данным Росстата). Впрочем, по их плотности США серьезно уступают маленькой Франции, где свыше 950 тысяч километров дорог с твердым покрытием.

Хотя российские патриоты очень низкого мнения об умственных способностях американцев, сложно поверить в то, что именно этим духовно и интеллектуально бедным пожирателям гамбургеров удалось каким-то загадочным образом создать такую сложную и совершенную автодорожную сеть.

Почему Карелия не Финляндия

Почему Карелия не Финляндия

16.12.2011

Мем «Почему Россия не…» давно известен жителям нашей страны благодаря ученому-пограничнику Андрею Паршеву. Если сравнивать целиком Россию с Бразилией или США сложно, то блог Толкователя попробовал себя в другом псевдонаучном направлении: сопоставить один регион нашей страны с приграничным ему государством. Сегодня мы взяли Карелию и Финляндию.

Сравнение, разумеется, огульное, поскольку Финляндия формально является суверенным государством финнов и может проводить политику по защите их интересов, а Карелия – всего лишь бесправный и целиком зависящий от далекого Кремля регион России с весьма и весьма условным самоуправлением. С другой стороны, сравнение упрощает то, что климатические, природные условия в Карелии в целом сопоставимы с таковым в Восточной Финляндии, а часть населения Карелии этнически близка к финнам (притом, что в Восточной Финляндии живут и карелы).

Чтобы не растекаться мыслью по древу, мы ограничились лишь двумя областями – лесной отраслью (поскольку она играет важную роль в экономике Карелии и Финляндии) и автодорожным хозяйством. Общие же данные таковы: плотность населения в Финляндии (которая, правда, по площади в почти 2 раза превосходит Карелию – 338, 2 тысячи квадратных километров против 180,5 тысяч километров) составляет 16 человек на 1 квадратный километр, в Карелии – 3,5 человека на квадратный километр. Основная масса населения Финляндии сосредоточена в южных, восточных и центральных областях, а непосредственно рядом с российской границей (южная и центральная Карелия) плотность составляет около 15 человек на квадратный километр. Валовый региональный продукт в Карелии на 2008 год составлял порядка 170 тысяч рублей на душу населения (около 7 тысяч долларов по тогдашнему курсу), ВВП на душу населения в Суоми – около 35 тысяч долларов (по ППС).

Автодорожное хозяйство

Общая протяженность автодорог в Карелии составляет около 7800 километров (без учета ведомственных). На душу населения приходится таким образом ровно 120 метров автодорог (население республики – 645 тысяч человек). В Финляндии общая протяженность автодорог составляет 78 тысяч километров и, соответственно, на душу населения приходится порядка 145 метров автодорог (население Финляндии составляет около 5,4 миллионов человек). Усредненная плотность дорог разнится уже сильнее – на 1 квадратный километр территории в Финляндии приходится 230 метров автодорог, в Карелии – 43 метра дороги. Если оперировать более привычной статистикой, то на 1000 квадратных километров территории в Финляндии приходится 230 километров автодорог, а в Карелии – 43 километра. Впрочем, уровень Карелии все же выше среднероссийского показателя плотность автодорог, который составляет лишь 37 километров на 1000 квадратных километров территории (но, надо учесть, что огромная часть территории РФ в принципе не поддается никакой автомобилизации).

Разумеется, важным является не только такое количественное, но и качественное сравнение. В Финляндии 18 тысяч километров дорог относятся к категории высших классов (в России таких дорог – I и II категории, всего 27 тысяч километров), а 400 километров являются скоростными (ни одного километра такой дороги ни в Карелии, ни в целом в России до сих пор вообще не существует). В Карелии проходит около 800 километров федеральных трасс, остальные 7000 километров – это дороги республиканского значения. Из них твердое покрытие (асфальто-бетонное) имеют лишь 3400 километров, остальные – щебеночно-гравийное, а также грунтовое (их около 1300-1400 километров). Если по категориям, то дорог I категории в Карелии нет вообще, II категории – около 100 километров, III категории – около 900 километров, IV категории – около 2000 километров, V категории – свыше 3500 километров, оставшиеся 1300 километров попадают в разряд «вне категорий» (здесь можно посмотреть данные за 1998 год, они близки к сегодняшним, поскольку серьезного дорожного строительства все эти годы не велось в республике). При этом нормативам по ровности трасс не соответствует около 80% республиканских дорог, а по прочности дорожного покрытия – свыше 50%.

Так как государство в России не всегда толком может подсчитать протяженность и классификацию дорог, что приводит к забавным коллизиям между Росимуществом, Росавтодором и Росстатом, мы используем данные Росавтодора.

Общие затраты Карелии (с учетом федеральной помощи) на автодорожную сеть составляли последние годы около 1,2-1,4 миллиардов рублей в среднем в год. Это около 153 – 180 тысяч рублей на 1 километр дорог (5-6 тысяч долларов или около 3,8-4,4 тысячи евро). В соседней Финляндии государство выделяет в среднем в год на дорожно-транспортную систему около 1,18 миллиардов евро (еще около 100-120 миллионов евро идут от негосударственных фондов, но мы их не учитываем). В пересчете на 1 километр расходы получаются в размере 15,1 тысячи евро – это почти в 4 раза выше, чем в Карелии. В расчете на одного человека Финляндия тратит ежегодно на свою автодорожную сеть 220 евро, Карелия – 50-55 евро. Кажется, что это мало, но смотря с чем сравнивать.

Для сравнения можно взять также другую российскую область, кстати, близкую к мейнланду РФ – Калужскую. В 2010 году на дорожное хозяйство общие расходы здесь составили 722 миллиона рублей, что в пересчете на 1 километр (протяженность автодорог в этой области составляет 15 127 километров) дало лишь 47 с небольшим тысяч рублей (чуть более 1,15 тысячи евро). В пересчете на 1 жителя этого региона в год на автодороги выделяется около 720 рублей или всего 18 евро. Это близко к уровню Китая (10-12 евро).  Россия в 2001-2009 годах усреднено ежегодно тратила на свои дороги около 270 миллиардов рублей (в 2010 году расходы существенно выросли до 350 миллиардов рублей), что в год дает на душу населения около 1900 рублей или примерно 50-60 евро. Таким образом, показатели Карелии весьма близки к общефедеральному уровню и серьезно обгоняют калужский.

Развитые страны вкладывают в свои дороги больше – по данным Международной транспортной федерации (IRF), в Германии средний объем расходов на дорожную сеть составляет около 16-17 миллиардов евро в год (в России 7-9 миллиардов), в США – около 100 миллиардов долларов, в Японии – 40-45 миллиардов долларов, во Франции – 16-17 миллиардов евро, в Швеции – 1,7 миллиарда евро, в Канаде – около 9 миллиардов евро (при этом население Канады меньше российского в 4,5 раза). В душевом отношении дорожно-транспортные инвестиции Германии составляют около 200 евро, Франции – 250 евро, Канады – около 290 евро, Швеции – 185-190 евро, США – около 330 долларов (245 евро) на 1 человека. Это говорит о том, что Финляндия тратит на свои дороги столько же, сколько и остальные развитые государства мира.

Лесная отрасль

Финляндия давно стала эталоном ведения лесного хозяйства. Еще в 1886 году в ней был принят закон о том, что на месте вырубок необходимо высаживать новый лес. Как считает институт лесного хозяйства Суоми Metla, последние 30 лет были для лесного хозяйства страны весьма удачными. С 1975 года ежегодный прирост товарной древесины в стране вырос с 50 до 104 миллионов кубометров. Лесозаготовки сейчас составляют около 71-73 миллионов кубометров (в 1975 – около 45 миллионов кубометров). Таким образом, вырубка лесов в Финляндии нисколько не истощает лесной фонд. По данным Metla, за последние 20 лет запасы товарной (спелой) древесины в стране выросли на 40% и объем древесины, годной к заготовке, превысил 2,2 миллиарда кубометров (при нынешних темпах лесозаготовок этого хватит на 20-25 лет работы без лесопосадок и без учета норм расчетной лесосеки, если считать огульно).

В России, для понимания, ежегодно заготавливается около 130-135 миллионов кубометров древесины ежегодно (то есть, крошечная Суоми заготавливает леса лишь в 1,8 раза меньше, чем гигантская Россия). В большинстве случаев вырубка леса производится варварскими методами, проблемой лесовосстановления мало кто беспокоится, и это привело к тому, что большая часть доступных лесных угодий в стране уже серьезно деформирована. Так, по данным ученых, запасы древесины в спелых лесах в России оказались даже ниже, чем в приспевающих. Особенностью российской лесной отрасли является недоступность большей части ее лесных богатств. Но зато там, куда добираются лесорубы, уничтожается все под чистую.

К примеру, в относительно доступной для порубщиков (по сравнению с рядом районов Коми или Архангельской области) Мурманской области интенсивная вырубка привела к тому, что запасы спелой древесины в тамошних хвойных лесах вышли на уровень продуктивности древостоев лесотундры.

В Карелии общие запасы древостоя составляют 943 миллиона кубометров, из них спелых – 415 миллионов кубометров (в 4 с лишним раза меньше, чем в Финляндии, хотя ее площадь больше Карелии всего в 2 раза, при этом из нее надо более трети, приходящуюся на тундру и лесотундру, откинуть). Еще хуже в Карелии обстоит дело с годовым приростом древесины – он почти в 7 раз ниже, чем в соседней Финляндии (14,5 – 15 миллионов кубометров в год). Заготовка древесины в Карелии в 2010 году составила около 5,4 миллионов кубометров. На объемы лесозаготовок также накладывает отпечаток и слабость сети лесных дорог – в среднем, она в 6 раз ниже по плотности, чем в Восточной Финляндии. Примечательно, что в 50-80-х годах прошлого века леса Карелии сводились совершенно хищническим способом – по 25-30 миллионов кубометров, что в 2 раза превышало их уровень восстановления. Такая же ситуация, кстати, была и в целом по России – ежегодно в ней вырубалось при СССР до 300-350 миллионов кубометров леса, что вдвое превышало его естественные показатели прироста.

Ежегодная заготовка древесины в Карелии с 1 гектара леса составляет в среднем около 0,7-0,8 кубометров (по данным за 2004-2005 годы, в 2010 году ситуация принципиально не изменилась), что в почти 4 раза ниже, чем в Финляндии (2,8 кубометра с гектара). Правда, в среднем по России показатели еще хуже – 0,15-0,2 кубометра. На 100 гектаров вырубаемого леса в Финляндии вкладывают в виде лесовосстановительных, мелиоративных и т.п. работ до 40-50 тысяч евро в среднем за цикл в 15-20 лет, а благодаря современным технологиям лесопосадок и семенным центрам (которые в России только создаются) финнам удается выращивать повторно леса на треть или даже более быстрее, чем в России. В Карелии на 100 гектаров вырубаемого леса инвестируется в плане его восстановления в лучшем случае несколько сотен евро за цикл (чаще – вообще ничего не тратится).

Промышленность Финляндии ежегодно также выпускает до 10-11 миллионов тонн бумаги (в Карелии – около 1 миллиона  тонн, вся Россия выпускает около 4-4,5 миллионов тонн), около 3 миллионов тонн картона (Карелия – 10-12 тысяч тонн, Россия – до 3 миллионов тонн), а также до 1,5 миллионов кубометров фанеры (в России около 2,9 миллионов кубометров).

Продуктивность лесного хозяйства в Восточной Финляндии в 4-6 раз выше чем в соседней Карелии и в 8-12 раз выше, чем в среднем по России. По совокупному объему выпуска бумаги и картона Финляндия занимает 5-е место в мире, Россия – 14-е. Суоми держит до 20% мирового рынка газетной бумаги. Обладая мощной (по ряду показателей – более мощной, чем вся аналогичная индустрия России) промышленностью, Финляндия также закупает в РФ до 10-13 миллионов кубометров древесины ежегодно, возвращая ее обратно в виде качественной бумаги, картона и даже стройматериалов. Это не считая широкого спектра машиностроительной продукции (форвардеры, харвестеры, трелевочные телеги и т.п. лесоуборочная техника, а также спецтехника, погрузчики и так далее вплоть до моторов), которую бывшая нищая окраина царской России поставляет своей экс-метрополии.